Понятие социальная услуга и ее правовая сторона


Понятие социальная услуга и ее правовая сторона

Понятие социальная услуга и ее правовая сторона

В России понятие «социальная услуга» понимается как одна из разновидностей услуги в гражданско–правовом понимании. Услуга предоставляется получателю за определённое вознаграждение, которое оплачивает услуго–получатель. А социальные услуги мы получаем бесплатно. Как же регулируется её правовая сторона?
В статье приводятся мнения многих авторов, занимавшихся этим вопросам. Анализируя их мнение можно сделать вывод о том, что социальная услуга – это самостоятельная правовая система, которая тесно связана с социальными благами общества и потребностью в них.
В учебной литературе в понятие «услуга» вкладываются различные понятия, от самых широких до самых узких. Экономическая основа понятия услуги раскрыта в трудах К. Маркса, в которых он описывает её как полезное действие той или иной потребительской стоимости. В теории Маркса различались два вида услуги: одни услуги (потребительные стоимости) «воплощаются в товарах», т. е. имеют овеществленный результат, другие услуги, напротив, «не оставляют осязательных результатов, существующих отдельно от исполнителей этих услуг», а «результат их не есть пригодный для продажи товар».
Именно такое деление услуги и послужило основой для её систематизации на «материальную» и «нематериальную». В экономической науке это дало двусмысленное толкование. Одни ученые считают, что услуга является самостоятельной деятельностью, другие – эффектом от трудовой деятельности.
Правовая наука испытала на себе влияние марксистских взглядов на природу услуги. По мнению Н. А. Баринова услуга представляет собой «экономическое отношение, возникающее по поводу результатов труда, создающего потребительские стоимости, проявляющиеся в форме полезного действия товара (вещи) или самой деятельности для удовлетворения конкретных, разумных потребностей человека». Значимый вклад в развитие правовой доктрины об услугах внесли такие ученые как: С. С. Алексеев , Н. А. Баринов, В. П. Грибанов, О. С. Иоффе, А. Ю. Кабалкин, О. А. Красавчиков , А. Е. Шерстобитов, Е. Д. Шешенин и другие.
Иоффе О.С. было предложено разграничивать обязательства (в рамках договора) подрядного типа работ и обязательства по оказанию услуг. Законодательство различает овеществленные услуги, представленные объектом подрядных обязательств и, нематериальные выступающие как объект обязательств по оказанию услуг. Шерстобитов А.Е. отличает нематериальную услугу от личности, предоставляющей услугу, и она потребляется услуго–получателем в момент предоставления услуги. Те же особенности отмечает и Ю. В. Петровичева, различие лишь в том, что «действия и деятельность, относящиеся к услуге, необходимо считать работой».
Нередко понятие услуга пытаются раскрыть через «благо». Е. А. Суханов относит к материальным не только вещь, но и деятельность, которая направлена на её создание или на улучшение вещи, тем самым создается полезный эффект. «Все эти объекты объединяет их экономическая природа в качестве товаров, объективно требующих для себя гражданско–правового оформления (режима)». А. В. Барков называет услугу не имуществом как любой объект гражданского права, а определяет услуги как некое благо, обладающее определённой материальной ценностью. Л. В. Санникова также считает подход к определению услуг через категорию «благо» довольно перспективным. Отношения по оказанию услуг косвенно различаются по своей правовой природе, а не только по обязательствам об оказании услуг. Поэтому квалифицировать обязательства по оказанию услуг следует исходя не от экономического смысла, а из правовых условий общественных отношений.
По мнению многих авторов, нельзя подменять экономическое понятие услуги правовым. Пример понятия услуги в экономическом смысле представлен в ГОСТ Р 50646–94, в котором услуги разделяются на материальные, (они обеспечивают потребительские свойства изделия или изготовление новых, а также перемещение грузов и людей, создание условий для потребления), и нематериальные (социально–культурные услуги) по удовлетворению духовных, интеллектуальных потребностей и поддержанию нормальной жизнедеятельности потребителя.
Манохин В.М. в правовом аспекте отличает услугу от работы. В процессе выполнения работы никакой услуги не предоставляется, а значение имеет лишь результат, и нет никакой зависимости от представителя. Сокол П.В. отмечает, что юридическое понимание услуг основывается на разграничении товаров, работ и услуг как самостоятельных объектов гражданского права. Гражданско–правовая форма к понятию материальная услуга – это работа в рамках конкретного договорного обязательства. ГК выделяет работу и услугу как раздельные объекты гражданского права (ст.128). В ч.1 ст. 779 ГК услуга определяется как действие и деятельность. Это недостаточно для разграничения с работой. В указанных обязательствах услуга применяется в широком (экономическом) смысле, поскольку объект является результат выполненной работы.
Услуга должна быть ограничена от работы в гражданско–правовой науке, в экономическом смысле услуга представлена в материальном характере и обозначена признаками. Среди них можно выделить: отсутствие овеществленного результата; наличие полезного эффекта услуги; тесную связь с личностью исполнителя; синхронность оказания и получения услуги; моментальность потребления, «несохраняемость»; невозможность гарантировать результат услуги. Выработка такой доктрины позволила провести систематизацию гражданско–правовых обязательств с выделением в них обязательства по оказанию работ и услуг.
Социальная услуга как объект гражданского права долгое время оставалась без внимания ученых–цивилистов. Часть 2 ст. 779 ГК регулирует правила применения договора о возмездном оказании услуг, не урегулированных кодексом. Введение ФЗ «Об основах социального обслуживания населения в РФ» понятие «платной социальной услуги» позволяет оценить отраслевое свойство возмездного оказания услуг в названой сфере с «социальной услугой». Отсутствие в гражданском кодексе регулирования отношений, связанных с образованием, здравоохранением и другими социальными сферами ставит под сомнение их гражданско–правовую природу, так как они вынесены в другие федеральные законы. Профессор А. Е. Шерстобитов отмечает, что нормы главы 39 регулируют достаточно четкий круг услуг, указанных в части 2 ст.779. Одновременно в данной главе исключены услуги, специально регулируемые главами ГК. Автор относит к договорам гражданско–правового характера такие, как платные медицинские услуги, услуги социального характера в полной или частичной мере. М. И. Брагинский полагает, что гл. 39 ГК объединила все виды договоров кроме тех, которые выделены отдельными частями ГК. По отношению к данным договорам нормы главы 39 имеют приоритет. Их особенностью является самостоятельное регулирование отдельных договоров. Такая трактовка рассматривает услуги в социальной сфере и применяет к ним общие положения главы 39 Гражданского кодекса.
Современными исследователями, к объектам гражданских прав отнесены и другие виды специализированных услуг. На природу гражданско–правовых отношений, связанных с оказанием платных медицинских услуг и аргументами по применению данных норм, указывает Конституционный суд в Определении от 06.06.2002 г. №115–О. Платные образовательные услуги и те отношения, которые с ними возникают, современные исследователи относят к гражданско–правовому регулированию. Анализируя этот вопрос, Ю. М. Федоров приходит к выводу «о гражданско–правовой принадлежности отношений из договора возмездного оказания образовательных услуг и об административно–правовой природе отношений, основывающихся на безвозмездных началах». В. В. Кванина считает, что данные отношения регулируется гражданско–правовыми нормами, так как стороны в нем имеют имущественную и юридическую самостоятельность, автономию воли.
Услуга как объект гражданских прав существует в обязательных гражданских правоотношениях. Властно–подчиненный характер этих отношений исключает их из сферы гражданско–правового регулирования и не позволяет причислить к объектам гражданских прав. Еще одним из критериев, который отличает социальную услугу от услуги гражданско – правовой, является ее возмездный характер.
Шаблова Е.Г. считает черту возмездности одним из разделяющих признаков услуги как объекта гражданского регулирования, и социальной услуги, которая предоставляется бесплатно или частично оплачивается на основании социальной программы. Также выделяют ряд других признаков, среди которых финансирование затрат, связанных с оказанием социальных услуг за счет бюджета и внебюджетных фондов. Соответственно, «социальное обслуживание» предоставляется обществом нуждающимся гражданам, находящимся в тяжелой жизненной ситуации, бесплатно или на условиях частичной оплаты. К нуждающимся, авторы М. О. Буянова, М. Л. Захарова, Э. Г. Тучкова, предлагают отнести детей. Н. В. Путило, рассматривает социальную услугу как разновидность публичной. Социальные услуги регулируются нормами специальных законов, не имеющихся в гражданском законодательстве, и создают свой блок законов – «социальное законодательство». В него можно объединить ряд норм о здравоохранении, культуре и других вещях, обеспечивающих социальное обслуживание населения.
Л. К. Терещенко также говорит о необходимости, относить социальные услуги к разновидности публичных, выделяя их по сферам их действия. В основе социальных услуг лежат нормы Конституционных прав граждан, реализация которых входит в обязанности государства. А.В. Нестеров приходит к выводу о необходимости гражданского регулирования как платных, так и бесплатных социальных услуг. Л. Б. Ситдикова приходит к аналогичному выводу и в сфере медицинских услуг. Она предполагает, что различия получения услуг в частных и государственных (муниципальных) клиниках, зависит лишь в субъектах оплаты. Встречное предоставление в первом случае исходит от третьего лица, в соответствии со ст. 430 ГК РФ. По мнению А. В. Баркова, если услуга участвует в обороте, то она является, по мнению автора, объектом гражданского права и категорией рыночного товарооборота, требующей гражданско–правового режима правового регулирования. В своей концепции А. В. Барков исходит из того, что государство выступает в роли законодателя и посредника между лицом, оказавшимся в трудной жизненной ситуации и позволяет ему выбраться из неё. Это особый частноправовой блок отношений с социальным сопровождением (социальное содействие).
Данная концепция не учитывает всех особенностей отношений в данной сфере. В законодательстве неслучайно отсутствуют условия о необходимости заключения договора между гражданами и системой социальных служб. Услуга, как экономический объект имеет определённую стоимость. Так, возникновение возмездного оказания услуг является следствием заключения договора. Часть 1 ст. 423 Гражданского кодекса утверждает, что возмездным является договор, «по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей». М. И. Брагинский относит к таким договорам те, «которые предполагают получение каждой из сторон от ее контрагента определенной компенсации, ради которой заключается договор». Предположим, что был заключен такой договор между гражданином и социальным учреждением при оказании социальной (бесплатной) услуги, и существует гражданско–правовой договор, – он будет безвозмездным для контрагента (гражданина). Поскольку услуга будет оплачена другим лицом, с которым учреждение вступило в правоотношения. По мнению Л. Б. Ситдиковой, необходимо попытаться применить к отношениям по оказанию социальной услуги (услуги социального характера,) конструкцию договора в пользу третьего лица, регулируемую ст. 430 ГК РФ. Таким договором будет считаться, что стороны установили обязанность должника не кредитору, а третьему лицу, имеющему право требования в свою пользу. Именно в такой концепции кредитором будет публично–правовое образование, а должником – учреждение, на которое возложена обязанность возместить долг в пользу третьего лица. Но такие отношения не являются гражданско–правовыми, ведь они могут возникать между разными юридически субъектами.
Такие правоотношения не могут регулироваться нормами гражданского законодательства, здесь прослеживается прямая властно–подчинённая вертикаль. Согласно п.3ст.2 ГК «К имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством». М. И. Брагинский отмечает «наличие между сторонами отношений власти и подчинения вообще исключает возможность применения не только гражданского законодательства, но и самой конструкции договора как такового». Для оказания медицинских услуг законом предусмотрено создание посреднических организаций в системе ОМС (страховые организации и фонды) аккумулирующих средства и гарантирующих выполнение медицинских услуг. Правовые отношения между медицинскими учреждениями и такими юридическими лицами регламентируются императивными нормами. Они тоже не могут относиться к равноправию сторон, так как один из субъектов не обладает набором признаков для гражданско–правового регулирования. Ю. В. Данилочкина, отмечает, что правовая природа правоотношений по оказанию бесплатных медицинских услуг: «не соответствует ни одной правовой конструкции, предусмотренной гражданским законодательством, близка, скорее, не к договору в пользу третьего лица (ст. 430 ГК РФ), а к обязанности третьего лица». Современная система социального обслуживания населения построена на публично–правовых началах, вытекающих из планирования объема гарантий социальных услуг, их вида, определения финансирования учреждения, установления тарифов и других способов обеспечения стабильности и доступности предоставления их для всех категорий населения. К сфере гражданско–правового регулирования относятся услуги в рамках муниципального (государственного) задания, обеспечения которого идет из средств государственного или местного бюджетов.
Таким образом, исходя из представленных мнений налицо разно–отраслевой характер отношений, возникающий в процессе оказания социальных услуг населению, которые являются бесплатными для получателя блага, и платных в сфере социального обслуживания населения. Отношения по оказания социальных услуг регулируются нормами публично–правовыми и не могут быть отнесены к сфере гражданско–правовой. Исходя из данных условий, социальная услуга не является объектом гражданского права. Предоставление платных услуг в сфере социального обеспечения должно быть отнесено к гражданско–правовому регулированию.

Михаил Гуляев